Славянское язычество и Велесова книга

 

 Мы живем в игровое время. Людям скучно, их жизнь бедна идеям, и люди хотят играть[1]. Особенно в молодости. Одним из видов игр являются ролевые игры и реконструкции. В ролевых играх, а это чаще всего игры, основанные на произведениях Дж.Р.Р.Толкиена, создаются новые ситуации для любимых героев или типажей – люди, гномы, эльфы, маги, орки, гоблины и тому подобное. В реконструкциях люди шьют костюмы и боевые доспехи разных эпох, чтобы потом разыграть битву при Ватерлоо, или на худой конец рыцарский турнир или взятие средневекового острога. Но есть забава, которая совмещает в себе черты ролевой игры и реконструкции. Эта забава называется славянское неоязычество. И поскольку, как всякая ролевая игра она претендует на концептуальность и даже метафизический смысл, неоязычество представляет собой интерес как для социологов, так и для религиоведов. Меня же, как священника, оно интересует как псевдорелигиозный феномен, берущий на себя иногда роль противника (конкурента - это нет!) христианства. Итак, ответим сначала на вопрос: почему они язычники, а не христиане. Здесь причин много. Перечислим их:

 

1.     Влияние атеистического воспитания в семье и школе.

Здесь необходимо заметить, что школа, и школьный курс истории в первую очередь, сохраняет направление на шельмование христианства, как религии обслуживающей феодальное закабаление, а Церковь, как служанку класса эксплуататоров. Но необходимо отметить, что марксисты XX века даже своего основоположника в этом вопросе не понимали, ибо слова «Религия – опиум для народа» были употреблены не в смысле одурманивания опиумом, а в смысле обезболивания, т.к. в середине XIX века опиум поставлялся в Европу именно в качестве обезболивающего средства. Но, серьезно говоря, необходимо вообще отказаться от антицерковной парадигмы, прежде всего в курсе Истории России, ибо всем очевидно, что именно Русская Церковь в лице митрополитов Петра, Феогноста, Алексия и преподобного Сергия Радонежского создала Москву как центр русского государственного объединения. Воспитанные на антицерковной закваске некоторые наши сограждане уже психологически не способны принять христианство как основу жизни их народа и их государства. Таков результат их заблуждений и нашего школьного образования. Тем временем, вся русская история, начиная с равноапостольного В.к. Владимира Святославича и до 1917 года – история христианского государства. Поэтому в поисках своего национально-государственного идеала заблудшие смотрят в темные времена язычества, о котором известно сравнительно мало. О язычестве известно так мало, что любая, даже самая серьезная научная работа сопряжена с тем, что мы называем реконструкцией. Но если благодаря археологии мы можем реконструировать некоторые материальные предметы древности – те же мечи и кольчуги времен Куликовской битвы - то реконструировать духовную жизнь с утратой ее носителей практически невозможно.

 

2. Любовь к тайнам и сказкам

Эту любовь многие способны сохранить на всю жизнь. Это для них хобби, или даже определенная страсть. Творят свои миры многие фантазеры, но в случае с неоязычеством есть дополнительный соблазн поместить свою фантазию не куда-то в Туманность Андромеды или на Тау Кита, а сюда на Землю и, более того, с замиранием сердца сказать своим собратьям: «Представляете, так было на самом деле!». Можно списать все неудачи и пороки сегодняшнего дня, можно создать идеальное государство и идеальное общество, подобно тому, как Платон творил свою Атлантиду, можно заклеймить позором такую трудную для признания своих достоинств науку, а заодно столь трудную для понимания и аскетичную – ах, если бы не эта аскеза, все было бы так легко и весело! – Церковь. И создать свой мир, быть в нем богом и творцом, и главным героем.

 

2.     Бытовой антисемитизм.

Как не странно, и он присутствует в неоязычестве. Хотя не в догматическом, а в полемическом контексте. В книгах о Перуне и Даждь-боге вы не найдет проклятий в адрес еврейского народа, но в полемике с христианством – сколько угодно. Непременно будет сказано, что христиане поклоняются трупу распятого еврея, что Богородица сблудила с римским солдатом. Кстати, эта история придумана раввинами, а наши неоязыческие антисемиты весьма неразборчивы в выборе аргументов. На всякий случай замечу, что христиане покланяются не человеку, т.е. не еврею, и даже не Богочеловеку, а Богу, Который воплотился, восстановил падшее человечество в Себе Самом, а через это и в нас, сделав для нас доступными иные эоны, иные миры, наполненные благодатью и счастьем, прикосновение к которым возможно не только в посмертном существовании, но и здесь, в наших сердцах. 

 

Вот какие соображения приводят человека к неоязычеству. Теперь мы попробуем посмотреть на неоязычество и не только на него, но и на древнее славянское язычество, которым оно пытается притвориться по существу. Что можно о нем сказать? Сперва о древнем язычестве. Его исследованием занимаются две науки: этнография и история. Восточнославянская этнография, изучая обряды, искала в них в первую очередь следы языческой древности. Почему это так? Дело в том, что этнография в Российской империи начала свое существование в начале XIX века. Этнография христианского обычая была не столь востребована, потому что чаще всего не требовала применения научных методик. Чаще всего для этих целей применялась переписка с наблюдателями в разных губерниях нашей обширной державы. Чтобы найти следы языческой древности, требовались полевые экспедиции в глухие, забытые цивилизацией уголки, тщательный анализ и интуитивное понимание тех или иных фольклорных материалов. А материалы эти чаще всего касались божеств низшего бытового плана: домовых, леших, кикимор, полевых, банников и т.д. Мне самому довелось слушать в 80-е годы рассказы древних тверских старожилов, двух 90-летних старушек от леших, пасущих зайцев, о кикиморах, насылающих путаницу в сознание грибников или ягодников и запутывавших их в лесу. О тех же леших, рубящих ночью деревья. А про Перуна, Макошь или Велеса никто из стариков не слышал. Так что этнография давала лишь материал по народным суевериям.

 

Второй наукой, пытающейся исследовать язычество, является история. Но здесь тоже материал набирался весьма скудный. Збручский идол из западной Украины был главным материальным объектом, святилище Свентовида на северном мысу острова Рюген на севере Германии, этого полумифического Руяна (Буяна), почти полностью смыло в море. «Черты и резы», милостиво упомянутые православным летописцем в «Повести временных лет», - скудные и немногочисленные рунические знаки, принадлежащие то ли славянам, то ли варягам, не позволяют обнаружить «докириллическую литературу» и оставляют вопрос «а была ли она?». Попытка исторической реконструкции, предпринятая академиком Б.А. Рыбаковым, выпустившим два пухлых тома «Язычество древних славян» (М. 1981) и «Язычество Древней Руси» (М. 1987),  может быть полезной для «общего развития», но вряд ли может быть признана успешной - на этом сходятся мнения современных историков. Реконструкция - она и есть реконструкция! Интуиция не заменит фактов, а фактов почти нет.

Видный филолог, а в последствие и грандиозный писатель Дж.Р.Р Толкиен сокрушался однажды о том, что в любимой им Англии не была создана эпическая литература. Он завидовал финнам, у которых была «Калевала». Он завидовал скандинавам, у которых есть «Старшая Эдда» и «Младшая Эдда». У греков был Гомер, у египтян «Книга мертвых», у шумеров «Гильгамеш», а у британцев не было ничего. По крайней мере, цикл сказаний о короле Артуре сэра Джона Рональда Руэла не устраивал. И тогда он решил сам написать эпос. Так появились детский «Хоббит», юношеский цикл «Властелин Колец» и мифология «Сильмариллион». Вы поняли, о чем я? О том, что если вам позарез нужен древний языческий эпос, то единственные способ его получить - это написать его самому. Так появилась «Велесова книга» - главное произведение неоязычества, ставшее образцом для многих подобных ей книг.

 

Итак, «Велесова книга». Что о ней и ее происхождении рассказали публикаторы, они же фальсификаторы? Само название памятнику было дано С. Лесным. С. Лесной – псевдоним доктора биологических наук, специалиста в области систематики двукрылых Сергея Парамонова(1894-1967). В 1943 году он переехал из Киева в Европу. Позднее перебрался в Австралию. Под псевдонимом С. Лесной опубликовал несколько дилетантских книг по истории Древней Руси. В одной из них он упоминает о некоей Велесовой книге – языческой летописи доолеговой Руси, вышедшей в Виннипеге в 1966 году. История ее такова. В 1919 году полковник белой армии А.Ф.Изенбек обнаружил в разоренной усадьбе деревянные дощечки, исписанные непонятными значками. Впоследствии Изенбек не мог назвать ни местоположение усадьбы, ни ее владельцев, ссылаясь на плохую память. После эмиграции в 1926 году Изенбек в Брюсселе познакомился с Ю.П.Миролюбовым (1892-1970). Инженер-химик Миролюбов интересовался русским фольклором и язычеством. Он писал также стихи и прозу. Миролюбов пожаловался на то, что хотел бы написать поэму на историческую тему, но ему не хватает материала. Изенбек показал ему дощечки. С этого момента Миролюбов 15 лет переписывал тексты с «дощек», т.к. Изенбек не разрешал их выносить из дома. Текст был местами поврежден, имел разрывы и не содержал строгой хронологии. Какую часть дощечек успел Миролюбов переписать, не известно. В 1941 году Изенбек умер и дальнейшая судьба дощечек неизвестна.

 

Прошло 12 лет. В 1953 году, в русском эмигрантском журнале «Жар-птица», издаваемом в Сан-Франциско, появляется заметка «Колоссальная историческая сенсация». В ней сообщается, что при содействии Миролюбова отыскались древние деревянные дощечки V века с ценнейшими письменами. Редакция получила из Бельгии фотографии этих дощечек, и некто А. Кур, который именуется известным ученым-этимологом, перевел часть этих дощечек на русский язык. С.Лесной утверждает, А. Кур – ассиролог, однако данные института Гувера в США говорят о том, что А. Кур – псевдоним генерала царской армии А.Куренкова. Первая фотография с прорисей одной из дощечек появилась лишь через год, в 1955 году. С 1957 по 1959 ведутся публикации перевода Велесовой книги, однако журнал то сообщает о намерении опубликования новых фотографий дощечек, то заявляет об их утрате.

 

С 1960 года темой стал заниматься С.Лесной. В том году он прислал в Советский Славянский комитет фотографию дощечки, которая уже была опубликована Миролюбовым. Экспертиза была поручена палеографу и лингвисту д.ф.н Л.П.Жуковской. Было отмечено, что а) фотография сделана не с самой дощечки, а с прориси, б) для палеографической экспертизы десяти строк не достаточно, в) данные языка свидетельствуют о том, что материал не является подлинным. Лесной не принял этой оценки, посчитав, что язык Велесовой книги является особенным. Однако лингвистическая оценка отмечала, что текст имеет разновременные особенности, которые не могли встретиться в одном тексте.

 

Однако с 1976 года в советской прессе наблюдается всплеск публикаций, посвященных  Велесовой книге. Это связано и с публикацией перевода Велесовой книги на западе Б.А.Ребиндером, и общим интересом к язычеству в советском обществе. В 1968 году Б.Кадочников снимает красочный фильм «Снегурочка» с культом Яриле-Солнцу (который я сам очень люблю). В публикациях даются ошибочные ссылки на 5-й Международный конгресс славистов, якобы поддержавший идею тщательного и всестороннего изучения этого литературного памятника, хотя на самом деле С.Лесной на этот конгресс не поехал и доклад там не читал. Журналисты пытались даже на основании Велесовой книги вывести идею о том, что великая степь от Днепра до Амура - вот наша истинная прародина.

 

Теперь о том, что из себя представляла Велесова книга. По словам Миролюбова, это комплект дощечек с нанесенным на них текстом. Приблизительно одинакового размера 38х22х0,5 см. Местами испорченные бурыми пятнами, местами вздулись от воды, края неровные. Изенбек считал, что они из березы. Лесной говорил, что дощечек было 35, Миролюбов - 37. Есть и другие противоречия. Но главное не в них. Сохранилось несколько копий текста Миролюбова, единственного кто видел и работал с дощечками. Одна из них опубликована в журнале «Жар-птица», другая - машинопись, найденная в Сан-Франциско, бывшая черновиком, который был прислан для публикации. При сравнении они содержат сотни различий, которые нельзя объяснить редакционной правкой.

 

Сама публикация носит разделение на строки дощечки, в черновике подобных разделений не существует. В ряде мест в публикации указаны лакуны «текст сколот» или «текст разрушен», однако в черновике Миролюбова читается исправный текст. И если вставить этот текст в нужное место, то разрушается система деления на строки и дощечки. Кроме того, есть масса мест, где на одном и том же месте стоят разные слова. Сича-битва, лиудии-народ до сверзи – до неби, и т.д. Таким образом, уже это простейшее сравнение говорит, что как минимум один из текстов – фальсификат.

 

Но еще больше говорит об искусственном создании Велесовой книги ее язык. Совершенно очевидно, что текст Велесовой книги славянский. С.Лесной относит время написание текста к IX веку, т.к. в нем упоминаются исторические фигуры Аскольда, Дира и Рюрика. География, упомянутая в тексте, ограничена Карпатами на западе, Волгой на востоке, Черным морем на юге и озером Ильмень на севере. Потому для анализа мы можем считать «язык Велесовой книги» восточнославянским. А потому мы вправе ожидать, что этот язык отражает те лингвистические процессы, которые происходили в восточнославянских языках в эту самую эпоху. Например, так называемое «падение редуцированных». Речь идет о полугласных звуках, обозначавшихся на письме знаками ъ и ь. В IX-XI веках эти гласные начинают либо исчезать либо заменяться на полные гласные. Однако эти гласные в Велесовой книге встречаются намного реже, чем в более поздних текстах, например XII-XIII века.

 

Велесова книга: воспоемо, доржава, первие

Успенский сборник XIII век : въспоеть, държава, пьрвыи.

В то же время в Велесовой книге редуцированные встречаются там, где их никогда не было. Например твъряи, бъзи, скъти, мълихомся, зълъто и т.д.

 

Употребление «ять». Для IX века, когда в языке существовало особое звуковое значение этого гласного, спутать эту букву с е или чем-то иным было невозможно, однако это смешивание, либо с более современным е, или с польским ие, встречается регулярно. Вообще, в Велесовой книге часто встречаются польские, украинские, болгарские, сербские, чешские варианты написания слов.

 

Употребление ч и щ. Эти буквы, первая из которых восходит к общеславянским устным вариантам, а вторая - к церковно-славянскому письменному языку (напр. Печера-пещера, или свеча-свеща) в Велесовой книге принимают порой немыслимые для IX века формы: щасть, щесть, щто и т.п.

 

Носовые юсы. Велесова книга не пользуется этими знаками, заменяя их ен: пентократы (влияние греческого?), десенте(десять), стенге(стяг), зенбы(вместо зоб), голомбь (голобь).

 

Общеславянское кв- и гв- в древнерусском звучали цв- и зв-, в Велесовой книге можно найти и то и другое, квенте – цветие или квиетиц – звездиц, что для одного документа невозможно.

 

Все говорит об искусственности языка Велесовой книги и о слабой лингвистической подготовке фальсификатора.

 

Теперь о грамматике. С.Лесной говорил о том, что в древности склонение существительных находилось в зачаточном виде и славянские языки использовали не флексии, т.е. окончания, а предлоги. В действительности все наоборот. Языки делятся на аналитические, в которых зависимость слов обозначается предлогами, и синтетические, активно употребляющие окончания. Так вот флективный строй более древний. Так в частности, древнеанглийский язык знал, как и древнеславянские языки, флективный способ склонения существительных, т.е. с помощью различных окончаний.

 

Создается впечатление, что язык Велесовой книги искусственно создан, причем при создании его пользовались принципом «чем больше нелепости, тем архаичнее будет внешний вид».

 

Немого о внешнем виде текста. Надписи Велесовой книги одновременно напоминают и славянские, и надписи на санскрите, сделанные письмом деванагари. Деванагари – смешанное алфавитно-слоговое письмо, где один знак может означать и звука, а чаще целый слог.

 

  пение.

 

Под верхней чертой в Велесовой книге не значки из санскрита, а славянские кириллические буквы.

Откуда это? Дело в том, что в 1952 году, когда Велесовой книги еще не было в природе, Миролюбов работал над книгой «Ригведа и язычество». Видимо, работа с санскритскими текстами и привела Миролюбова к идее такой записи своего фальсификата. Дело в том, что Миролюбов ошибочно считал, что деванагари - это древняя форма ведического письма, но он и здесь ошибался. Деванагари сложилась в Индии не ранее VIII-XI веков нашей эры. До этого же использовалась другая система письма, называемая Брахми, и усилия Миролюбова через Велесову книгу перекинуть мостик от славянской истории к ведической Индии оказались несостоятельными.

 

 

Священник Георгий Белодуров, заместитель председателя Миссионерского отдела Тверской и Кашинской епархии