«Смотрите, кто идет»
В среде градостроителей бытует одно очень точное и красивое выражение: «Сначала мы создаем образ архитектуры, а потом она создает наш образ». Но весьма уважаемый теоретик современного российского телевидения профессор МГУ С.А. Муратов справедливо предположил, что сегодня было бы правильнее говорить: «Сначала мы создаем образ телевидения, а потом оно создает наш образ». Думается, что против такой поправки вряд ли станут возражать не только сами архитекторы, но и все здравомыслящие люди. Ведь в связи с невероятной доступностью телевидения в настоящее время просто нет никакого другого социального института (включая школу, семью и Церковь), способного соревноваться с ним в вопросах «программирования» общественного сознания.
По мнению некоторых весьма авторитетных исследователей, нынешнее телевидение – это настоящий силовой институт. Оно мощнее всей правоохранительной системы и может быть сопоставлено только с политической властью. Ведь тот, кто контролирует интерпретацию реальности, тот и управляет страной.
Вот, исходя из этого постулата, и попытаемся разобраться в том, какое телевидение сегодня для нас создается. «Цифровое», не задумываясь, ответит любой обыватель и будет совершенно прав. Сам Президент России объявил 2015 год началом эры отечественного цифрового телевещания. Ведущие связисты и электронщики страны периодически информируют телезрителей о том, как эта эра приближается. Правда, при этом никто из них ни разу даже не попытался публично поразмышлять о том, что же (кроме существенного улучшения качества звука и изображения) несет эта долгожданная «цифровизация». А ведь уже в ближайшие годы нас ждет очень много любопытных теленоваций.
Одним из значительных технических достижений будет многоразовое увеличение числа каналов, полученное за счет цифрового сжатия телесигнала. В результате чего телевидение очень активно войдет в наш быт. К примеру, уже в обозримом будущем планируется всю сферу нашего коммунально-бытового обслуживания (расход газа, воды, тепла, электроэнергии) перевести на телеконтроль. Таким же образом предполагается организовать охранную телесигнализацию жилья. К уже существующему термину «телешопинг» («Магазин на диване» и пр.) скоро добавится понятие «телебанкинг» (расчеты посредством телевидения за различные товары и услуги).
Этот перечень предполагаемых телевозможностей в сфере бытового обслуживания можно было бы продолжать, но ведь нас-то интересует мировоззренческая и эстетическая составляющие самого продукта телевещания.
Главной его перспективой принято считать широкое внедрение т.н. «интерактивности». Речь идет о существенном увеличении телепередач, предполагающих обратную связь со зрительской аудиторией. Явление это не новое, вспомним хотя бы телепрограммы «Что, где, когда», «К барьеру!», «Сегоднячко», «Иванов, Петров, Сидоров» и другие. Просто более совершенные технические возможности позволят зрителям эффективнее включаться в саму структуру эфира. Это может повлечь за собой рождение новых жанровых форм, будет способствовать повышению социальной активности телеаудитории, позволит любому зрителю выразить свое отношение к тому или иному общественному деятелю, федеральному или региональному законопроекту, коммерческой инициативе и т.д. (чисто теоретически).
Разумеется, развитие всех этих новых выразительных средств телевидения можно только приветствовать и рассматривать как грядущую перспективу будущего отечественного телевещания. Но это далеко не все нововведения, ожидающие нас в ближайшее время.
Телереформаторы планируют предоставить зрителям возможность активно участвовать в формировании индивидуальной «сетки вещания». Представим, что по каким-то причинам мы не можем посмотреть заявленные в программе интересную передачу или фильм. Используя интерактивные возможности, любой телезритель сможет заказать трансляцию этой передачи в любое другое удобное для него время. За определенную плату, разумеется.
За более крупную сумму мы сможем отказаться от трансляции на наш отдельно взятый телеприемник любой рекламной продукции. А почему бы и нет, если телезритель готов компенсировать каналу упущенную рекламную прибыль?! Более того, желающие смогут диктовать свою индивидуальную верстку теледня, составив его только из своих любимых фильмов, концертов и развлекательных передач. Стоимость такой телеуслуги можно только весьма приблизительно предположить. Да и какое нам дело до чужих прихотей за чужие же деньги? Но не все так просто…
Когда-то английский лорд Джон Рейт, первый генеральный директор телерадиокорпорации Би-Би-Си, провозгласил очень короткую, но емкую задачу телевещания: «Информировать, просвещать, развлекать». Со временем все ведущие телекомпании мира (включая СССР) положили эту формулу в основу своей деятельности.
Телезрители старшего поколения, несомненно, помнят, какое обилие просветительских передач предлагало им старое советское телевидение, несмотря на всю его политическую ангажированность. Это и «Клуб кинопутешественников», и «Музыкальный киоск», и «Кинопанорама», и «В мире животных», и огромное количество оригинальных телеспектаклей, и даже специальный учебный канал «Университеты». Где все эти или подобные им просветительские телепередачи сегодня?
Ответом может послужить ситуация, описанная в сборнике МГУ «Телерадиоэфир: история и современность», М.:2005 г.: «Приехав на наш факультет, он сразу сказал: вы тут ко мне не обращайтесь с воспитанием народа, просветительством и тому подобным.… Для меня телевидение – это коммерческое предприятие, а товаром являются информация и развлечения. Все. С остальными задачами, дескать, ко мне не суйтесь». Это заявил некогда крупный российский медиамагнат Гусинский.
Много воды утекло с тех пор. Вот и самого Гусинского давно уже нет в России, и имя его ничего не говорит молодому поколению наших журналистов. Но прагматический подход крепко укоренился на всех отечественных телеканалах, независимо от формы их собственности.
Нынешнему телевидению вообще не нужна мысль – одно тотальное развлечение. Более того, создатели развлекательных программ не только не стремятся просвещать зрителя, они и не хотят оставлять его таким, каков он есть. Судя по всему, ловкие телеманипуляторы ведут сознательную игру на понижение интеллектуального уровня телеаудитории. Ведь большинство публики собирает именно тот тип развлечений, который работает на уровне «ниже пояса».
В результате мы пришли к ситуации, когда национальная культура у нас присутствует только на канале «Культура». Коммерческому телевидению она не нужна, поскольку не приносит прибыли. А само наличие этого канала, по очень меткому определению бывшего зам. председателя Гостелерадио СССР Генриха Юшкявичюса, «служит извинением всем остальным каналам – за отсутствие у них этой самой культуры».
Но, согласно статистике, и «Культуру» сегодня смотрит что-то около четырех процентов телезрителей, в российские театры ходят только 8% населения, художественные выставки посещают меньше 0,1%, концерты классической музыки меньше 0,2%. Вот все, что не вошло в эти «аномальные» десятые доли процента и есть среднестатистический интеллектуальный портрет нашей современной телеаудитории.
А теперь давайте попробуем представить, какое индивидуальное «телеменю» будет заказывать себе довольно большой процент высокообеспеченных, но низкокультурных обывателей…
Для тех же, чье благосостояние не позволяет подняться над уровнем «телеобщепита», по-прежнему будут транслировать «Аншлаг», «Кривое зеркало», «Дом-2» и прочую телемуть. При том, что большая часть нашей национальной интеллигенции (парадокс!) традиционно пребывает в категории людей малообеспеченных…
Сегодня мы имеем телевидение, вобравшее в себя все худшее от советского и все худшее от западного вещания. А телеменеджмент уверяет и себя, и общество, и власть в том, что они-де реализуют скрытые интересы самого общества – его тяготение к жестокости, насилию, сексу и т.д. Но никто и никогда не сознается, что сами же они эти потребности и формируют.
Увы, слово «рейтинг» у нас непобедимо. Но нужно ли с ним бороться? На данном этапе положение могло бы спасти появление всего одного независимого канала общественного телевидения. К сожалению, с подачи ОРТ в России это почти ругательство. Хотя данный канал никогда не имел ничего общего с концепцией общественного вещания. Это было частное телевидение, почему-то за государственные деньги.
Примером же действительно независимого общественного телевидения во всем мире считается английская телерадиовещательная корпорация Би-Би-Си. Во главе ее стоит совет управляющих из 12 человек, назначаемый правительством на 5 лет. Это, как правило, видные деятели науки, культуры, искусства, прессы. Их называют «защитниками национальных интересов» в сфере вещания. Совет и по сей день набирается на внепартийной основе, он определяет общее направление вещательной политики и финансирования. Назначает руководящих работников, включая и генерального директора. В деятельность канала не имеют права вмешиваться никакие политические, государственные или финансовые структуры. Финансирование Би-Би-Си на 99% осуществляется за счет абонентской платы, это и является залогом его независимости. Можно предположить, что и там есть какие-то свои проблемы, но уж чего там действительно нет, так это рекламы, мыльных опер, политической ангажированности и «телесмехачей»; а народ Великобритании больше доверяет своему общественному телевидению, чем правительству.
Другим примером может служить общественное телевидение Эн-Эйч-Кей, без которого невозможно представить ни культуры, ни цивилизации Японии. Этот канал так же существует на абонентскую плату, так же управляется советом директоров из 12 человек. Они назначаются премьер-министром из числа весьма уважаемых граждан и утверждаются обеими палатами парламента.
Пожалуй, этих примеров достаточно (хотя они далеко не исчерпаны), чтобы убедиться, что даже в условиях рынка телевидение вполне может существовать без рекламы и низкопробной развлекаловки.
Пусть это будет всего один, но морально здоровый, эстетически полноценный канал, занимающийся просветительской деятельностью, а развлекательную функцию и так несут каналы коммерческие. Вот и вся модель, давно апробированная мировым опытом.
По утверждению все того же Генриха Юшкявичюса: «Для того чтобы создать общественное телевидение, надо примерно 500 млн. долларов (в ценах 2005 года – А.К.), это примерно 10 рублей в месяц на человека» («Нужно ли обществу телевидение» в сб. «Телерадиоэфир: история и современность» М.: 2005г.).
Но в кругах, определяющих политику нашего вещания, существует устойчивое мнение, что введение абонентской платы было бы непопулярной мерой. Хотя подавляющее большинство населения наверняка согласилось бы платить и 20, и 30, и 50 рублей в месяц, чтобы иметь канал, свободный от рекламы, пошлости и сцен насилия. Уже много лет по кабинетам Госдумы ходит проект закона об общественном вещании, способный создать альтернативный духовно чистый островок в мутных волнах коммерческого телерадиоэфира. Но законодатели упорно обходят этот вопрос своим вниманием. Очевидно, не случайно в стране нет и серьезного института телекритики, нет аналитики, нет специлизированных журналов. Ни одному из руководителей современных российских телеканалов они не нужны, более того, это им враждебно. Да и кому же понравится, если кто-то будет давать независимую оценку тому, что стоит никак не меньше четырех миллиардов долларов напрямую через рекламу и еще сотни миллиардов косвенно, за счет управления сознанием телезрителей.
В результате телевидение как самый общедоступный социальный институт давно уже вышло на уровень угрозы национальной безопасности.
Вот с таким прогрессирующими негативными тенденциями российское телевещание подошло к старту «эры цифровизации». Что тут можно поделать? Разве что напомнить одну евангельскую мудрость: «Невозможно не прийти в мир соблазнам, они должны прийти, но горе тому человеку, через которого соблазн приходит».
Александр Сергеевич Кокарев, доцент кафедры журналистики Тверского Государственного университета.